А Черняку

— Я тебе все объясню. А Черняку скажи, что подумаешь над его предложением. Ты ничем не рискуешь, а отказаться никогда не поздно.

Вернулся Черняк.

По совету Бардоша я расстался с чехом, пообещав зайти дня через три.

Бардош пригласил меня пообедать в казино, чтобы там и поговорить. Это заведение совсем недавно было открыто для американских и японских офицеров. Я о нем уже слышал, но еще ни разу не бывал. Обедал я в столовой на базарной площади. Мне и в голову не приходило хоть раз зайти в казино, где за один обед нужно было заплатить столько, сколько мне хватило бы на целую неделю.

— Если тебе деньги некуда девать, — сказал я Бардошу,— пойдем пообедаем, хотя говорить нам, собственно, уже не о чем. Я не согласен начинать дело, которое, как вижу, плохо кончится.

Мы уже подходили к казино, а Бардош ничего не ответил мне. Когда обед был заказан, он снова заговорил:

— Не будь ребенком. Все можно решить очень просто. Во-первых, сегодня же напиши жене», спроси, есть ли в китайских лавочках бумага, если есть, то почем и в каком количестве. Тебе с запасом нужно этак четыре тысячи печатных листов. А я тем временем разузнаю, нельзя ли купить здесь, и подешевле. Книга должна стоить двадцать рублей, такую сумму за нее каждый заплатит. Завтра же объяви в училище: кто хочет заказать себе учебник, тот должен сразу же внести за него деньги. Большинство безо всякого принесут тебе деньги. А когда слух об этом пойдет по городу, найдется очень много желающих приобрести твой учебник и из офицеров, и из торговцев, и из железнодорожников. Даже двести желающих дадут тебе за раз четыре тысячи рублей. Две тысячи отдашь в качестве задатка Черняку, а две> оставишь на бумагу. Теперь надо найти еще две тысячи. Есть они у тебя?

— Нет. Самое большее — рублей пятьсот.

— Неважно. Полторы тысячи дам тебе в долг. Или, если хочешь, заплачу тебе за семьдесят пять учебников. А послезавтра скажешь Черняку, что за печатание ты платишь сам, а бумагу даешь свою. Две тысячи задатка ты заплатишь ему через неделю, остальные полторы — по готовности книги.

— А не скажешь ли ты, где я возьму эти полторы тысячи?

— Ну и смешной же ты! Пока книгу печатают, пройдет не меньше трех месяцев.