В Смоленске

В Смоленске корпус генерал-лейтенанта Раевского сражался с примерною, удивительною храбростью. Вся армия была свидетельницею знаменитых его подвигов. При перевязке раненых сего корпуса отнял я у одного солдата руку, картечью раздробленную. Кончив операцию, взял я его за здоровую руку и положил на солому; но он, скоро опомнившись, встал без чужой помощи, обернулся ко мне, вытянулся и сказал: «Ваше высокоблагородие!

Позвольте взять казенную мою амуницию, чтоб она не пропала!» С сими словами пошел он с места; с изумлением следовал я за ним, боясь, чтоб он не упал в обморок и от того не повредил себе руки; но еще более удивился я, увидев, что он, взяв ружье, хотел забрать и прочую амуницию. Видя, что сия тяжесть слишком обременит его, я его не допустил до сего, взял его суму, ранец, манерку и отнес все сие до его ложа. Он успокоился не прежде, как уверясь, что все казенные его вещи не пропали и целы.

Я записал полк и прозвание сего мужественного солдата, но, быв сам после того ранен при Бородино, потерял бумажник с сей запискою.

Мы удивляемся тем мужам древности, о которых история нам повествует, и часто сожалеем, что мы не современники их; но справедливо ли сие? Уступает ли сила русского характера мужеству древних греков и римлян — особливо в сию вечно памятную эпоху? Долг каждого сына Отечества есть замечать и собирать все сии черты, для составления потомству картины русских заслуг и добродетелей.